Поиск страниц на Скале Израиля

Схема Веб-Узла
 

Пожалуйста, посетите Общину Скала Израиля. Мы собираемся
каждую пятницу
в 19:30 в
Bethesda Presbyterian Church
(вход со стороны стоянки машин)
по адресу
808 Red Lion Rd
(между Bustleton Ave.
и Verree Rd.)
 

Бесплатный легкий ужин начинается
в 18:45.

 

Несколько тезисов об искусстве
Френсис А. Шеффер
(Материал подготовлен по книге "Искусство и Библия")

Каждый из нас ежедневно соприкасается с произведениями искусства, даже если он ни профессионально, ни любительски не занимается творческой работой. Мы читаем книги, слушаем музыку, смотрим на афиши, восхищаемся букетами цветов. Искусство в широком смысле включает в себя не только "высокое искусство", т.е. не только живопись, скульптуру, поэзию, классическую музыку, но также и романы, театр, кино, поп- и рок-музыку. В более глубоком смысле - и христианская жизнь сама по себе должна быть нашим главным произведением искусства. Даже для великого художника самое важное творение - его жизнь. Поэтому я хочу поразмышлять о христианском понимании искусства в целом. Каким образом мы, создатели и созерцатели прекрасного, должны понимать и оценивать его? Я нахожу, по крайней мере, одиннадцать четко выраженных тезисов, в соответствии с которыми христианин может изучать и оценивать произведения искусства.

Искусство как искусство

Искусство1. Первое и самое главное: произведение искусства ценно само по себе. Некоторым этот принцип кажется слишком очевидным, чтобы о нем говорить, но для многих христиан он неприемлем. Однако если отказаться от такой точки зрения, то мы упустим саму сущность искусства. Искусство - это не то, что мы просто анализируем или ценим за его содержание, оно дарит нам наслаждение.

Мы, христиане, знаем, в чем ценность искусства. Во-первых, это результат творчества, а творчество ценно потому, что Бог есть Творец. Первое же предложение Библии утверждает творческий акт Бога: "В начале сотворил Бог небо и землю". О том же говорят первые слова Евангелия от Иоанна: "В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. ...Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть" (Ин. 1:1,3).

Во-вторых, произведение искусства имеет ценность, потому что оно создано человеком, а человек создан по образу Божьему, и он может не только любить, думать и чувствовать, но и творить. Являясь образом Творца, мы призваны к творчеству. В сущности, творческий дар - это часть образа Божьего. Невозможно найти животное, которое создает произведения искусства. С другой стороны, никогда и нигде в мире вы не найдете людей, к какой бы культуре они ни принадлежали, которые не занимались бы искусством. Таким образом, творчество - одно из отличий человека от нечеловека. Все люди имеют какой-то талант. Способность творить присуща только человеку.

Однако здесь следует быть внимательными, чтобы не понять это превратно. Не всякое творчество - великое искусство. Равно как не все, что человек делает в интеллектуальной или нравственной сфере, - хорошо. Ибо хотя человек и был создан по образу Божьему, но он пал. Кроме того, люди не могут создавать в равной степени великие вещи, так как каждый имеет свои склонности и способности. Но творчество как таковое - хорошо само по себе.

Я убежден, что причина, по которой люди тратили миллионы на создание музеев, не только в том, чтобы иметь вокруг себя что-нибудь "эстетическое", но и в том, что хранящиеся в них сокровища являются выражением самой человеческой сущности. Когда я смотрю на серебро доколумбовой эпохи, на африканские маски или на китайскую бронзу, я вижу не просто произведения искусства, но и отражение природы и характера человека. Я вижу в них частичку себя, вижу проявление творческого дара, присущего человеку.

Мне кажется, что многие современные художники забыли о ценности искусства как такового. Современное искусство большей частью слишком интеллектуально, чтобы быть великим. И я боюсь, что большинство из нас, христиан, впало в ту же ошибку. Слишком часто ценим мы произведение искусства, только когда превращаем его в трактат, т.е. когда рассматриваем его лишь как предмет интеллектуальных размышлений.

Искусство усиливает восприятие мира

2. Картина мира, отраженная в искусстве, становится ярче, независимо от того, какова она на самом деле. Представьте себе, например, кусок говядины, висящий в мясной лавке. Он просто висит там. Но если вы пойдете в Лувр и посмотрите на картину Рембрандта "Кусок говядины, висящий в мясной лавке", впечатление окажется совсем другим. Вы будете поражены этой работой, потому что полотно говорит гораздо больше, чем его название. Искусство Рембрандта заставляет нас другими глазами смотреть на мир. Я после того, как пристально вгляделся в эту его картину, уже не мог как раньше смотреть на говядину в мясных лавках.

То же самое можно сказать и о литературе. В хорошей прозе есть нечто, чего нет в плохой. Более того, поэзия имеет в себе что-то, что отсутствует даже в хорошей прозе. Можно сколько угодно дискутировать о том, что же это такое, но наличие этого "нечто" в искусстве очевидно. Даже в Библии поэзия отличается таким величием, которого нет в прозе. Итак, степень воздействия любого утверждения, неважно, верно оно или ложно, увеличивается, если оно выражено стихами или художественной прозой, а не сухой бесцветной формулировкой.

Общепринятые определения, общепринятый синтаксис

3. Во всех литературных формах - и в поэзии, и в прозе - чрезвычайно важно определить, насколько отличается субъективное восприятие лексики и синтаксиса от общепринятого. Многие современные писатели пытаются отойти от стандартов в языке, но если у них не оказывается вообще никакого соответствия с общепринятыми нормами, то читатель или слушатель не может понять, о чем говорит автор. Творческий человек, конечно, способен обогатить свой язык, используя метафоры, гиперболы, различные синтаксические конструкции. Великие писатели обычно выходят далеко за рамки общепринятых, часто стертых значений слов и нормативной грамматики, и их произведения приобретают глубину и силу.

Прекрасный пример - Шекспир. Мы отлично воспринимаем его пьесы, потому что он в достаточной мере пользуется общепринятым синтаксисом и словами в их привычном значении. Фабула в пьесах Шекспира находится в тесной взаимосвязи со всеми стилистическими приемами, к которым он прибегает. Мы понимаем Шекспира не благодаря развернутым метафорам и ярким речевым оборотам, а благодаря гармоничному равновесию между ними и языком его пьес в целом, который соответствует общепринятым нормам.

То же самое справедливо для живописи и скульптуры. Обычный язык символов, понятный всем людям (и художникам, и зрителям), находится в окружающем нас мире, в Божьем мире. Этот язык в изобразительном искусстве равнозначен общепринятым нормам грамматики в литературе. Поэтому, если художник не пытается использовать этот понятный всем язык символов, то общение здесь также невозможно. При восприятии чисто абстрактного искусства мы натыкаемся на преграду, за которую невозможно проникнуть. Так же, как проза и поэзия, не имеющие ничего общего с принятыми нормами синтаксиса и словоупотребления, такое искусство подобно карьеру, из которого зритель или слушатель извлекает лишь свой собственный эмоциональный отклик.

Искусство и духовность

4. Тот факт, что какой-то объект является произведением искусства, еще не делает его духовным. Как христиане, мы должны понимать, что художник, даже самый великий, отражает в литературном произведении или на полотне свое видение мира. И мы не обязаны автоматически принимать его точку зрения. Мастерство художника может усилить воздействие его мировоззрения на нас, но мы вольны принять или отвергнуть его, твердо помня, что никакое искусство не делает это мировоззрение неоспоримо верным. Правильность миропонимания художников должна рассматриваться вне зависимости от эстетической ценности их произведений.

Четыре критерия оценки

5. По каким же критериям следует оценивать произведение искусства? Я полагаю, что существуют четыре основных параметра: (1) техническое мастерство, (2) подлинность, (3) интеллектуальное содержание, (4) единство содержания и способов его выражения.

О техническом мастерстве я хочу поговорить на примере живописи, потому что в этом случае легче разъяснить, что же я имею ввиду. Мы будем несправедливы к художнику, если объявим его работу бездарной только потому, что не разделяем его взглядов на жизнь. К сожалению, христианские школы, пасторы и родители-христиане часто учат молодежь именно такому неверному подходу. Они не отличают техническое мастерство от содержания и отвергают великое произведение искусства целиком с презрением или насмешкой. А между тем, если художник владеет высоким профессиональным мастерством, он заслуживает похвалы, даже если мы не приемлем его миропонимания. Второй критерий - подлинность. Здесь имеется в виду, верен ли художник себе и своим взглядам, или он работает только ради денег, или ради признания.

Давайте спустимся на землю и посмотрим, как обстоят дела в таком виде искусства, как проповедь. Есть множество пасторов, в которых нет подлинности. Некоторые занимаются проповедями ради материальных благ, другие - ради признания своих прихожан. Проповеднику очень просто втереться в доверие публики, приспособить чьи-то речи или манеру их произнесения для того, чтобы добиться наиболее выгодного для себя эффекта. А если люди еще и усмотрят в словах такого проповедника связь с Евангелием, силу воздействия его обмана невозможно отрицать.

Третий критерий, необходимый при оценке произведения искусства, - это его содержание, в котором отражается мировоззрение художника. Что касается христианина, то его взгляд на мир, выраженный им в серии работ, должен находиться в соответствии со Священным Писанием, опираться на Слово Божье. Художник может быть вознесен до небес, однако его миропонимание, отраженное в творчестве, мы оцениваем по его соотнесенности с христианским мировоззрением.

Возможно, некоторые художники и не подозревают о том, что в их творчестве проявляется их мировоззрение, однако это именно так. Миропонимание мастера проглядывается и в тех работах, которые создаются по принципу искусство ради искусства. И если автор считает жизнь бессмысленной, его произведения расскажут об этом. В любом случае, стремится художник к выражению своего мировоззрения или нет, оно присутствует в его работе и должно оцениваться в соответствии со Словом Божьим.

Есть еще один момент в оценке произведения искусства. Художник или писатель - нехристианин - может работать в соответствии с христианским мировоззрением. Чтобы разобраться в этом, надо понять разницу между двумя значениями слова "христианин". Первое и основное: христианин - это человек, принявший Христа как своего Спасителя. И если какое-то число людей - истинные христиане, то они формируют некую духовную концепцию, которая начинает существовать отдельно от них, и иногда другие люди пишут картины и книги в рамках этой концепции, не являясь при этом христианами.

Четвертый критерий при оценке произведения искусства учитывает, насколько хорошо форма соответствует его содержанию. В тех работах, которые можно назвать по-настоящему великими, содержание всегда соотносится с манерой выражения. В высоком искусстве средства для выражения мировоззрения выбираются подстать этому мировоззрению. Пример тому в литературе нашего века - "Бесплодная земля" Т. С. Элиота. Опубликовав поэму в 1922 году, он стал героем среди современных поэтов, потому что первым решился поэтическую форму привести в соответствие со своим видением современного мира - разрушенного, разорванного, бессвязного. Чем была эта форма? Собранием разлетевшихся обрывков речи, образов и намеков, казалось бы, наудачу выбранных из разнообразной литературы, философских и религиозных сочинений, начиная с древности и до наших дней. Современники были в восторге, они получили поэтическую форму, воплощающую бессвязность - состояние мира на тот момент.

В живописи подобный переворот начался с Пикассо - "Авиньонские девушки", 1907 год - картины, названной также "Публичный дом в Барселоне". Пикассо начал писать ее в том же ключе, что и другие свои работы этого периода, но, по определению одного критика, закончил ее как "полуабстрактное произведение, в котором очертания обнаженных тел и их аксессуары переходят в бесформенные фигуры, сжатые в рамках узкого пространства". Примечательно, что слева Пикассо начал изображать тела довольно реалистично, к середине картины его манера письма уже походит на испанских примитивистов, а справа, заканчивая работу, он изобразил женщин уже в виде абстрактных фигур, символов и масок, и, таким образом, преуспел в создании чудовищ вместо человеческих существ. Пикассо знал, что писал, и пораженный мир на мгновение замер. Впечатление было настолько шокирующим, что долгое время даже друзья художника не принимали картину, они не хотели даже смотреть на нее. А между тем, в своем изображении этих женщин Пикассо отразил раздробленную сущность современного человека. Таким образом, то, что Т. С. Элиот сделал в поэзии, еще раньше сделал Пикассо в живописи. Оба они заслуживают одинаково высокой оценки за соответствие средств тому, что они хотели выразить.

Искусство может передать любое содержание

6. Все виды искусства способны передать любое содержание, от абсолютного вымысла до подробностей истории. Если перед нами фантастическая или эпическая поэма или живописное полотно, это вовсе не означает, что в них не могут быть отражены реальные события. Так же, как проза, факты может передавать поэзия, живопись, практически любой вид искусства. Лирическое стихотворение может иметь серьезное богословское содержание, эпическая поэма может быть исторически достоверной не менее, чем строгое прозаическое повествование. Поэма "Потерянный рай" Джона Мильтона, например, содержит множество утверждений, которые являются чистейшей теологией, хоть и переданной в художественной форме. Произведение искусства может достоверно передать любое содержание.

Разница стилей

7. Многие христиане, особенно те, кто не привык наслаждаться искусством и размышлять над ним, отвергают современную живопись и поэзию не из-за мировоззрения их авторов, а лишь потому, что пугаются новых форм искусства.

Очевидно, что стиль и формы искусства меняются, и в этом нет ничего дурного. По сути дела, перемена - это признак, отличающий жизнь от смерти. На земле нет живого языка, который не подвергался бы постоянным изменениям. Языки же, которые не меняются, например, латынь, мертвы. Следовательно, если мы имеем живое искусство, то оно будет изменяться, и стили, существовавшие в прошлом, не обязательно должны служить эталоном для настоящего или будущего. Поэтому требование соблюдать прежние каноны в современной живописи или языке обречено на провал. Нелепо предполагать, что христианский художник станет "более христианским", если будет писать в стиле Рембрандта. Не только время меняет художественный стиль и язык. Они различаются также в зависимости от географического положения страны и типа культуры. Например, в древнееврейской поэзии много аллитераций, параллельных конструкций, различных риторических форм, но в ней нет рифм. Означает ли это, что перед нами не поэзия? Или, наоборот, что большая часть английской поэзии плоха, потому что строки в ней рифмуются? Искусство в каждой культуре должно найти свою собственную наиболее адекватную взаимосвязь между мировоззрением и стилем. А что же христианское искусство? Здесь надо подчеркнуть три вещи. Во-первых, христианское искусство сегодня должно быть искусством двадцатого века. Искусство меняется. Меняется язык. Проповедь сегодня должна читаться на языке двадцатого века, иначе возникнут трудности в понимании. И если христианское искусство несовременно, то его будет сложно донести до сердец. Именно поэтому христианину не нужно стремиться подражать Рембрандту или Браунингу. Во-вторых, христианское искусство должно иметь свои особенности в разных странах. И зачем мы так настойчиво принуждали африканцев использовать готический стиль в архитектуре? Это было бессмысленной затеей. Мы добились только того, что отвратили их от христианства. Если христианский художник - японец, то и искусство его должно быть японским, если он индиец, то индийским.

В-третьих, в серии работ художника-христианина должно прослеживаться христианское мировоззрение. Итак, если вы христианский художник, то вы должны работать в формах искусства двадцатого века, воплощать в своих работах ту культуру, к которой принадлежите, отражать в них особенности вашей страны и вашего времени и раскрывать в них свои представления о сущности мира, исходя из христианского миропонимания.

Современное искусство и христианское содержание

8. Стремясь быть современным в своем творчестве, христианский художник сталкивается с определенными сложностями. Для начала нужно разграничить стиль и содержание. Я возьму на себя смелость утверждать, что нет божеского и небожеского стиля. Когда же человек пытается делать такое разделение, он все больше запутывается. Однако, признавая, что нет таких вещей, как божеский и небожеский стиль, не следует заблуждаться и наивно полагать, что стили не имеют никакой связи с содержанием и смыслом произведения искусства. Можно и нужно использовать стили двадцатого века, но нельзя допускать, чтобы они были проводниками породившего их мировоззрения. Христианство несет свое собственное вечно новое содержание, а не просто свод "религиозных" истин. Оно обращено ко всему человеку, к его разуму, эмоциям и эстетическому чувству. И те формы и стили в искусстве, которые не способны адекватно передать интеллектуальное содержание, не могут использоваться для выражения христианских идей. Я говорю не о том, что плох тот или иной стиль, а о том, что каждый из них имеет свои границы. При выборе художником стиля важно учитывать и такую вещь, как обратная связь. Предположим, что вы играете в христианской рок-группе, а также ходите в некий ресторанчик, где используете рок для проповеди христианских идей. Это хорошо. Однако в этом случае вы должны особенно внимательно следить за обратной связью. Когда вы закончите петь, нужно спросить, а поняли ли слушатели, что вы хотели сказать. Да, вы использовали привычную для них форму, но ясно ли они уловили ваше послание, или просто услышали то, что и всегда слышали, когда звучал рок? Форма, в которой выражается мировоззрение, может либо ослабить его содержание, либо усилить, даже если зритель или читатель не всегда до конца осознает это. Другими словами, в зависимости от того, какой путь вы изберете, ваша аудитория заметит или не заметит какие-то аспекты содержания, и вы либо поведете ее за собой, либо нет. Христианин должен всегда решать, когда изобретать свой стиль, когда заимствовать или "адаптировать" чей-то, а когда совсем не использовать тот или иной стиль. И об этом каждому творческому человеку приходится думать всю жизнь, это невозможно решить раз и навсегда.

Христианское мировоззрение

9. Христианское мировоззрение имеет то, что я называю мажорной и минорной стороной. Минорная сторона говорит о том, что мир ненормален и отвратителен. Здесь две проблемы. (1) Люди, восставшие против Бога и не принявшие Христа, навеки потеряны; они понимают бессмысленность своего существования, и в некотором роде они правы. (2) Существует греховная сторона и в христианской жизни. Если мы до конца честны с собой, то должны признать, что в этом мире невозможно жить абсолютно безгрешной жизнью.

Мажорная сторона противостоит минорной и говорит о глубоком смысле и цели нашей жизни. С точки зрения христианства, это понимание может быть метафизическим и нравственным. Метафизическое (рассматривающее бытие, в том числе и человека) утверждает, что Бог есть, а, следовательно, все имеет смысл. Кроме того, человек создан по образу Божьему, и поэтому тоже значим. Из этого делается вывод, что существует любовь, настоящая любовь, а не просто секс. Существует истинная нравственность как противоположность пустой условности. Существует творчество, а не только механическое конструирование. Таким образом, мажорное понимание - это оптимизм в сфере бытия; все значимо, все имеет смысл. Но что самое важное, этот оптимизм имеет под собой твердое основание, он держится отнюдь не на воздухе, но опирается на вечного, личностного Бога.

Но это и мажорное понимание нравственности. Христианство устанавливает критерии нравственности, исходя из того, что Бог существует и имеет характер, который является законом для Вселенной. Следовательно, у нас есть абсолютный эталон нравственности. Это означает, что отдельно от Бога нет никаких законов морали, которые связывали бы Бога и человека. Таким образом, когда человек осознает свою ничтожность перед Богом и чувствует себя виновным, он может объяснить не только свое ощущение вины, но и реальность самой вины. Дело ведь не просто в том, что человек смертен, а Бог вечен, но в том, что он, виновный грешник, предстоит перед святым Богом. Эту неразрешимую для человека проблему Бог решает через жизнь, смерть и воскресение Христа. Человек пал и согрешил, но этот грех искуплен жертвой Христа. Мы спасены. Эта мысль рождает надежду и оптимизм. И этот оптимизм имеет незыблемое основание.

Заметьте, что в душе христианина и в его искусстве должно быть место и для минорной темы, потому что человек - грешное существо и у христиан есть свои слабые стороны. В их жизни тоже не только радости и победы. Но христианское искусство не зацикливается на этом, оно переходит к мажорной теме, потому что есть оптимистичный ответ. И это важный аспект христианского искусства. Но все же совершенно необходимо видеть и минорную сторону христианской жизни. Если наше искусство только подчеркнуто мажорно, то это не вполне христианское искусство, скорее просто романтическое. И здесь я вынужден с грустью признать, что в течение многих лет литература наших воскресных школ была именно романтической и не имела почти ничего общего с истинно-христианским искусством. Старшее поколение христиан, возможно, с удивлением спросит, что же плохого в таком искусстве, и почему оно ведет их детей в неверном направлении. Ответ прост: оно романтически-идиллистично. Оно основано на представлении, что христианство имеет только лишь оптимистическую ноту.

С другой стороны, бывает так, что минорная тема у художника заслоняет мажорную, и он подчеркивает аномальность Вселенной и потерянность в ней человека, и это в равной степени не библейский подход. Конечно, могут быть исключения, когда христианский художник чувствует свое призвание в изображении именно отрицательного, но в целом мажорная тема для христианина должна быть доминантной по отношению к минорной.

Современное искусство, которое не связывает себя с христианством, делает акцент только на негативной стороне жизни. Когда я смотрю на картины в современных галереях, меня поражает пессимистический взгляд художника на человека. Встречаются, конечно, среди современных авторов и оптимисты. Но этот оптимизм не имеет под собой прочного основания и, подобно христианскому искусству, которое избегает минорной темы, близок к романтизму. Работа художника выглядит фальшивой на фоне современной жизни.

Содержание христианского искусства

10. Христианское искусство ни в коем случае не ограничивается только религиозными темами. Взгляните на Бога-Создателя. Разве Его творения наполнены исключительно религиозным смыслом? Птицы, деревья, горы? А что вы скажете о птичьем пении или о завывании ветра? Когда Бог творил из ничего с помощью только лишь слова, Он создавал отнюдь не одни "религиозные" объекты. Нам также известно из Библии, что Бог повелел мастерам, работающим в сотворенном Им мире, отлить статуи волов и львов, сделать резные цветы для украшения храма. Следует помнить, что одна из книг Библии - Песнь Песней Соломона, любовная песнь мужчины и женщины. Хвалебная песнь Давида народным героям Израиля тоже включена в Писание. Темы этих песен вовсе не религиозны. И такие творения Бога, как горы, деревья, птицы и пение птиц нельзя назвать религиозными. Задумайтесь над этим. Если Бог сотворил птиц, то они достойны и того, чтобы мы делали их изображения. Если Бог создал небо, нам стоит его рисовать. Если Бог создал океан, то, конечно же, и он достоин того, чтобы о нем писали стихи. Прекрасно, когда человек работает как художник на основе созданного Богом.

Эта идея вытекает из понимания того, что христианство ведет не только к спасению, но и к реализации в этом мире всего человека в целом. Христианство начинается с вести о существовании вечного Бога и о сотворении мира, а не со спасения. Мы всегда должны быть бесконечно благодарны за свое спасение, но содержание христианства шире этого. Человек создан по образу Бога, в этом его ценность, поэтому он - важный объект христианского искусства, которое есть отображение личности христианина во всей полноте. Христианину следует обращаться ко всем сторонам жизни в своем искусстве. Оно не должно быть лишь средством для выражения личного отношения к Евангелию.

Художнику-христианину необязательно обращаться только к религиозным темам. В конце концов, религиозные темы могут быть совершенно нехристианскими. Антикультура андеграунда, где смешаны Христос и Кришна, - вот превосходный пример искусства религиозного, но абсолютно нехристианского. Таким образом, религиозная тема еще не гарантирует христианское содержание. С другой стороны, есть художники, которые никогда не изображали ни распятия Христа, ни Его погребения, но их работы могут быть великолепными образцами христианского искусства.

Отдельное произведение искусства и собрание работ

11. У каждого художника есть свои проблемы при создании как отдельного произведения, так и законченной серии работ. Ни один мастер не может выразить всего того, что ему хотелось бы в одной-единственной вещи. Правда, в некоторых жанрах, например, в эпической поэме или романе, можно полнее реализовать обширные замыслы и сложные идеи, но даже и здесь не все задуманное писателю удается высказать за один раз. Из этого следует, что по одной вещи еще нельзя судить обо всем творчестве художника ни нам, ни даже критику или искусствоведу. О мастерстве и мировоззрении автора лучше говорить на основании как можно большего числа его работ. То же самое относится и к проповеди. Отдельно взятая проповедь не выразит всего, что необходимо сказать, и никто не в праве судить о богословской концепции пастора или о глубине его веры на основании лишь одной его проповеди. Человек, который стремится выговорить все за один раз, на самом деле - посредственный проповедник. Даже Библия - это собрание книг. Ее нельзя читать так, как будто в каждой отдельной книге или главе заключено абсолютно все; ее надо читать от начала и до конца. А если это верно по отношению к Слову Божьему, то тем более верно для художественного произведения, созданного человеком.

Итак, если вы художник и христианин, то не надо опускать руки только потому, что вам не удается сделать все сразу - ведь этого и не нужно. Не бойтесь написать любовное стихотворение потому лишь, что не можете вложить в него все содержание и глубину христианства. Если человек призван быть художником (в широком понимании этого слова), то он должен создавать обширную и содержательную серию работ в своей области искусства в течение всей своей жизни.

Жизнь христианина как произведение искусства

В заключение, я предлагаю подумать, как все эти тезисы об искусстве могут применяться в нашей христианской жизни. Нет произведения искусства более важного, чем сама жизнь христианина, и каждый христианин призван быть художником и творцом своей жизни. Пусть у него нет таланта писателя, композитора или певца, но у каждого человека есть дар творчества. Этот дар надо развивать и использовать в повседневной жизни. И в этом смысле жизнь христианина должна быть произведением искусства. Она должна нести правду и красоту в этот потерянный и отчаявшийся мир.

Реформатское мировоззрение

Библия:
Книга Псалтири в стихотворном переложении
Василий Пробатов

Богословские верования:
Апостольский символ веры

Вестминстерское исповедание веры


Гейдельбергский катехизис


Решения Дортского Синода - по пяти основным тезисам учения

Богословские публикации:
Почему мы крестим наших детей?
Ричард Пратт

Основные идеи Кальвинизма
Х. Генри Митер

Особенности Библейского Пресвитерианства
Evangelical Presbyterian Church of Ukraine

Искусство в Библии
Френсис А. Шеффер

Несколько тезисов об искусстве
Френсис А. Шеффер